Хорошо помню свои первые впечатления о Свято-Пафнутьевом Боровском монастыре: могучие крепостные стены, невероятных размеров стаи сизых голубей над башнями и куполами и потрясающей красоты цветы в обители.


Я открыл для себя монастырь рядом с Боровском в конце 1990-х. И только потом, через несколько лет, меня покорил город. Пафнутий Боровский называл основанный им монастырь Домом Пресвятой Богородицы. Вход в этот дом хранит Калужская икона Божией Матери, выложенная мозаикой над монастырскими воротами и мозаичная икона преподобного Пафнутия справа от ворот. В обители отступает суета мирская и душа отдыхает, здесь можно почувствовать, как далекое прошлое становится реальностью. Это и святыня, и памятник истории, и шедевр архитектуры. Реставрация не превратила монастырь в лубок. Он настоящий, живой и невероятно благодатный. 


И дед, и прадед основателя монастыря были татарскими баскаками – представителями хана, оставленными для сбора подати с русских. Дед, непонятно почему, решил остаться на Руси и принял православие. Его внук Пафнутий в 20 лет ушел в Высоко-Покровский монастырь, и провел там 30 лет. Преподобный был в обители и настоятелем, и старцем-духовником. А потом тяжело заболел, думал, что его земная жизнь заканчивается, и стал искать уединения. Вместе со своим учеником скитался по разным обителям, а потом ушел в дикое неосвоенное место на левом берегу Протвы. Это сейчас, когда стоишь у храма Покрова на Высоком (где раньше был Высоко-Покровский монастырь), то видишь и Рябушки, и Боровскую обитель. С высокого холма кажется, вот они, совсем близко. Но в 1444 году из Высоково был виден лишь сплошной глухой лес. Пафнутий и его ученик поселились в месте, где река Истерьма впадает в Протву, и стали трудится при основании обители. Здесь преподобный прожил еще 30 лет и оставил после себя уже большой монастырь с крепким хозяйством и строгими правилами монашеской жизни. 


Суровые крепостные стены и башни вокруг обители начали возводить в 1520 году. Монастырь превращался в крепость, которую осаждали не только польско-литовские банды, но и шайки воровских людей. В 1610 году Лжедмитрий II, самозванец, выдававший себя за сына Ивана Грозного, наступал на Москву со стороны Калуги как раз через Боровск. Боровская крепость на городище была деревянной, и держать оборону в ней было бы не лучшим решением. Укрыться в Боровске было негде. Поэтому жители города и крестьяне из окрестных сел при приближении войска Лжедмитрия II пытались спастись за каменными стенами обители. 


Возглавлял оборону монастыря, в котором укрылось около 12 тысяч человек, князь Михаил Волконский. Он увел в обитель весь гарнизон Боровска и еще 600 стрельцов, которых прислал Василий Шуйский. Монастырь держался 10 дней. Солдаты, монахи и все, кто мог держать оружие, отбивали атаки поляков. Но 15 июля 1610 года осаждающие смогли ворваться в крепость из-за предательства местных воевод. Они открыли в Тайницкой башне вылазную калитку. Башня измены – так стали называть это место в народе. Правда, существуют версии, что не слишком опытные местные воеводы хотели то ли осуществить вылазку с целью оттеснить врагов, то ли впустить внутрь не успевших укрыться в монастыре жителей, но не успели закрыть ворота.


Судьба монастырской крепости была решена. Все закончилось страшной резней. Были убиты около полусотни монахов и все 12 тысяч укрывшихся в обители горожан и крестьян. Лишь несколько человек спаслись в тайной комнате в стене под крышей собора. Князь Михаил Волконский вместе с последними защитниками крепости отбивался в соборе Рождества Богородицы. Князь был изрублен на куски у последнего рубежа обороны – у раки Пафнутия чудотворца. Устроенный после резни пожар уничтожил в монастыре все, что могло сгореть. Затем поляки расправились с Боровском, не пощадили ни жителей, ни храмы, ни дома.


Через полтора века во время правления Екатерины II были созданы несколько сотен гербов русских городов. Среди них герб Боровска один из самых благородных. Императрица повелела увековечить на гербе память князя Михаила Волконского и погибших с ним защитников города, изобразить их чистосердечие, верность, нерушимость и достойную славу. Красное сердце с крестом на серебряном поле окружает лавровый венок. Здесь собрано все воедино: верность Церкви и своему государю, символы мужества и славы – уникальный герб на все времена.


Героев, погибших во время защиты обители в 1610 году, похоронили в северо-восточной части монастырского двора. Через 60 лет рядом с эти местом построили небольшой храм пророка Илии. Когда заходишь внутрь, сначала попадаешь в просторную палату и в ней через полукруглый оконный проем в стене видишь миниатюрную церковь. Такое устройство не случайно: палата – это лазарет для больных, которые могли послушать службы через устроенные проемы и причаститься. Ильинская церковь – первый в России больничный храм и одновременно общественная лечебница. 


Рядом с могилой князя Волконского в Свято-Пафнутьевом Боровском монастыре возникла усыпальница рода Волконских. Некрополь составлял 23 захоронения, и в 1838 году над ними была возведена церковь Всех Святых, построенная на средства потомков князя. В 1930 году усыпальница была разорена. Церковь Всех Святых снесли и на ее месте поставили уродливую двухэтажную коробку – здание сельхозтехникума, которое просуществовало вплоть до 2015 года. Это объясняет большой пустырь, лежащий между собором и братским корпусом. 


С южной стороны Ильинского храма на холме стоит поклонный Крест из белого известняка в память защитников обители. Рядом с ним могила отца Власия, который 30 лет был духовником Свято-Пафнутьева монастыря и отошел к Богу на Казанскую в день Защитницы земли русской в 2021 году. Справа от могилки батюшки бронзовая скульптурная композиция: отец Власий присел отдохнуть на скамейку, рядом с ним голуби. Эти птицы чувствуют себя в обители даже комфортнее, чем кошки. По давней традиции в монастырь специально привозят зерно, чтобы кормить голубей. Отец Власий очень любил птиц и часто, стоя на крылечке, наблюдал как их кормят. Он говорил, что голуби быстро доносят молитву к Богу. А сегодня можно присесть на скамейку-памятник рядом с отцом Власием и попросить духовного совета и батюшкиной молитвы в делах. Старец обязательно услышит и донесет наши молитвы ко Господу. 


Вернемся к истории обители святого Пафнутия. В 1812 году войска Наполеона трижды опустошали боровскую землю. Сначала, когда шли на Москву, затем, когда бежали из нее, пытаясь прорваться на Калужскую дорогу, и в третий раз, когда откатывались обратно после сражения под Малоярославцем. Расположение монастыря на пути армии Наполеона привело к разграблению и частичному разрушению обители. А вот Боровск, в котором французы квартировали почти неделю с 10 по 15 октября, после третьего отхода неприятеля вообще напоминал пепелище.


Еще при жизни и при участии самого преподобного Пафнутия возле стен монастыря были выкопаны три пруда, посажены сосны и разбит парк. На речке Истерьме была устроена плотина, которая наполняла пруды. Искусственные водоемы не только затрудняли продвижение противника и давали монахам рыбу. И них была возложена еще одна важная функция. Дело в том, что в древности при возведении фундамента больших зданий в землю сначала вбивали дубовые бревна, потом на них клали камень и уже после этого строили стены. Бревно может пролежать в земле столетия, но только при наличии сырого грунта. Если грунт подсыхает, то бревна очень быстро гниют. Монастырские пруды регулировали уровень грунтовых вод и влажность почвы. Если почва подсыхала (это определяли по наличию воды в вырытых колодцах), плотину закрывали и таким образом увлажняли почву. В советский период дамба разрушилась, пруды обмелели и заросли. За уровнем воды никто не следил, дубовые сваи стали подгнивать, и по подклети колокольни, и по стенам и сводам собора пошли разломы. Водоемы и плотину начали восстанавливать в 2004 году, расчистили пруды и запустили туда рыбу. По православным праздникам в монастыре готовят наваристую уху. Раз в два года в пруды запускают молодняк: карпа, карася, плотву, окунь и даже щуку. А еще к прудам нужно сходить хотя бы потому, что от них открывается лучший вид на монастырь.


20 век стал особенно разрушительным для обители. В 1919 году Пафнутьев-Боровский монастырь был национализирован, и формально его признали памятником архитектуры. В 1923 году из обители изгнали монахов, и филиал исторического музея, организованный было в монастыре, стал постепенно вытесняться. Сначала детским домом, потом трудовой колонией для правонарушителей. Во время трехмесячной оккупации Боровского района немецко-фашистскими войсками в 1941 году пострадали и город, и окрестности. Чтобы тяжелые немецкие танки могли въехать в монастырь, была разрушена крепостная стена. Храмы были разграблены и частично сожжены. После войны в монастыре находился сельхозтехникум и школа комбайнеров. В мае 1954 году в день памяти преподобного Пафнутия обрушился центральный барабан собора Рождества Богородицы. Он упал со страшным грохотом, раздавив стоявшие в храме два комбайна. Причиной обрушения стали почти сгнившие дубовые сваи фундамента собора.  Остро встал вопрос о спасении обители от полного разрушения. 


Реставрационные работы начались в 1960-х годах и продолжались почти 30 лет. Монастырским постройкам практически вернули прежней облик, устранили «поновления», которые вносили изменения в облик обители в течение нескольких веков. В 1995 году государственное финансирование работ было прекращено, монастырь был передан церкви.


Собор Рождества Пресвятой Богородицы занимает центральное место в монастыре. Тот храм, который дошел до нашего времени, был построен в конце 16 века как раз перед Смутным временем. Средства на возведение собора выделил сын Ивана Грозного болезненный и богомольный царь Федор Иванович, последний из Рюриковой династии московских государей. Короны на шлемовидных куполах указывают, что строительство велось под царским приглядом. Сейчас собор выкрашен в белый цвет, а пристроенная к нему в 1837 году трапезная – в желтый. 250 лет разницы в возрасте построек подчеркивает контраст не только в цвете, но и в архитектурных формах. Каждый раз с особым трепетом подхожу к чудотворной иконе Иверской Божией Матери в соборе. Вокруг всегда живые цветы. Образ увешан драгоценными крестами и украшениями, принесенными прихожанами в благодарность за исцеление и помощь. Икона была написана в 1878 году на горе Афон в Свято-Пантелеймоновом монастыре. Образ в Боровскую обитель привез отец Власий.


Колокольня Пафнутьева Боровского монастыря была возведена в 1688 году как пристройка к Царской трапезной Ивана Грозного. В подклети трапезной находится каменная «заточная» келья, где томились узники, и в 17 веке сидел протопоп Аввакум. Именно сидел, потому что встать в полный рост в этой каморке со сводчатым потолком невозможно. Вход на первый уровень колокольни открывает старинная лестница с непривычно высокими ступенями, больше человеческого шага. Говорят, так устроено, чтобы по ним быстрее спускаться и подниматься.  Лестница ведет в притвор, расписанный чудными фресками. Это настоящее средневековое русское искусство. Смотри и смотри с немым восторгом.

 
Колокольня изящна и в меру нарядна, она украшена несколькими ярусами изразцов, выполненных Степаном Полубесом. Я рассказывал про мастера и его работы в статье о храме в честь святителя Григория Неокесарийского в Москве. К сожалению, большая высота колокольни монастыря (55 метров) не позволяет подробно рассмотреть изразцы с земли. 


В Боровский монастырь приезжают и богомольцы, и туристы. Они соприкасаются здесь с историей России, с животворной памятью о святом Пафнутии и его учениках, восхищаются древнерусским искусством, красотой и благостью этих мест. В Свято-Пафнутьевом Боровском монастыре продолжается истый молитвенный подвиг. Уже почти 600 лет первыми Бога славят монахи, а потом птицы.

Калужская область, Боровск, поселок Роща, улица Дмитрова
Рождества Богородицы Свято-Пафнутьев Боровский монастырь